Розацеа представляет собой хронический воспалительный дерматоз с мультифакториальным патогенезом, включающим дисрегуляцию врожденного иммунитета, нейроваскулярную дисфункцию, колонизацию Demodex folliculorum и нарушение барьерной функции кожи. Гетерогенность клинических проявлений (от транзиторной эритемы до фиматозных изменений) обусловливает ограниченную эффективность монотерапии, что делает комбинированные протоколы приоритетным направлением в дерматокосметологии [1, 2].
Современные методы терапии розацеа базируются на фенотип-ориентированном подходе, где комбинация средств позволяет воздействовать на различные звенья патогенеза одновременно. По некоторым данным, патогенетически обосновано сочетание импульсного лазера на красителях с топическим ивермектином: лазерная коагуляция патологических сосудов купирует эритему, в то время как ивермектин, ингибируя путь транскрипционного фактора NF-κB, снижает продукцию провоспалительных цитокинов (интерлейкин-1β, фактор некроза опухоли α) и элиминирует клещей Demodex [2–4]. Известно, что включение 1% ивермектина в комбинированную терапию среднетяжелых форм розацеа обеспечивает редукцию симптомов до 88% случаев к 8-й неделе по сравнению с результатами традиционной терапии. При последней улучшение достигается лишь у 30% пациентов, получавших стандартную противомикробную и противовоспалительную топическую терапию. Важен тот факт, что эффективность не зависела от исходной тяжести и демографических характеристик, который подтверждает универсальность подхода [4–6]. Имеются данные об успешной комбинации доксициклина перорально и внутрикожных инъекций ботулотоксина типа А (БТА) пациентам с розацеа. Подобная комбинированная терапия продемонстрировала статистически значимое превосходство над монотерапией доксициклином в снижении клинической шкалы оценки эритемы (Clinician erythema assessment, CEA) и выраженности флашинга – симптома прилива жара к лицу (Global facial sweatiness scale, GFSS) и не менее важного – улучшения индекса качества жизни (Dermatology life quality index, DLQI) [5, 7]. Положительные результаты комбинирования приема доксициклина и внутрикожных инъекций БТА обоснованы подавлением матриксных металлопротеиназ и снижением нейрогенного воспаления, снижением высвобождения субстанции Р.
В настоящее время актуально сочетанное применение 1% геля метронидазола и фототерапии (intense pulsed light, IPL) при терапии розацеа. Установлено, что при этом наблюдается не только ускорение регресса папуло-пустулезных элементов, но и достоверная нормализация микроциркуляции в зоне лица, по данным лазерной допплеровской флоуметрии. При этом персистирующая эритема, часто резистентная к топическим лекарственным препаратам, корректируется селективным фотолизом [5–8].
Продемонстрированы положительные результаты терапии розацеа топическими β-адреноблокаторами. Добавление 10% мази пропранолола к лазеротерапии (Nd:Yag/KTP) значительнее снижает васкуляризацию и эритему, чем монотерапия пропранололом. Эффект объясняется двойным механизмом – вазоконстрикцией и ингибированием ангиогенеза, опосредованного фактором роста эндотелия сосудов (vascular endothelial growth factor, VEGF) [8, 9].
Для пациентов со смешанным фенотипом розацеа наибольшую эффективность продемонстрировали протоколы тройного действия. Так, у пациентов с сочетанием эритематозно-телеангиэктатического и папуло-пустулезного подтипов розацеа применение импульсного лазера на красителе с длиной волны 595 нм, топических ивермектина/азелаиновой кислоты и БТА позволило достичь редукции симптомов на 89,1%. Наибольший положительный эффект был установлен в отношении персистирующей эритемы и телеангиэктазий [4, 7, 9].
Таким образом, комбинированные косметологические протоколы при розацеа обеспечивают одномоментный контроль сосудистого, воспалительного и нейрогенного компонентов. Современные сочетанные дермато-косметологические подходы в терапии розацеа предоставляют широкие возможности в отношении персонализации – выбора комбинаций в зависимости от доминирующего фенотипа. Одновременное и/или последовательное применение топических препаратов с аппаратными и инъекционными косметологическими методиками при розацеа значительно снижают дозовые нагрузки системных препаратов.
Литература
1. Соколова А.В., Фимочкина Г.Р. Эффективность комбинированных методов лечения пациентов с розацеа. Современные проблемы науки и образования. 2023; (4). https://science-education.ru/article/view?id=33318
2. Abokwidir M, Feldman SR. Rosacea Management. Journal of the American Academy of Dermatology. 2016; 75 (1): 29-37.
3. Sharma A, Kroumpouzos G, Kassir M et al. Rosacea management: а comprehensive review. Journal of Cosmetic Dermatology. 2022; 21 (5): 1896-904.
4. Del Rosso JQ, Thiboutot D, Gallo R et al. Consensus recommendations from the American Acne & Rosacea Society on the management of rosacea. Cutis. 2014; 94 (4): 185-92.
5. Круглова Л.С. Акне и розацеа. Под ред. Л.С. Кругловой. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2021. 207 с.
6. Егорова О.А. Применение ботулинического токсина типа А у пациентов с эритематозно-телеангиэктатическим подтипом розацеа. Медицинский алфавит. 2019; (26): 100-4.
7. Thiboutot D, Anderson R, Cook-Bolden F et al. Standard management options for rosacea: the 2019 update by the National Rosacea Society Expert Committee. Journal of the American Academy of Dermatology. 2020; 82 (6): 1501-10.
8. Geng RSQ, Bourkas AN, Mufti A, Sibbald RG. Rosacea: Pathogenesis and Therapeutic Correlates. J Cutan Med Surg. 2024 Mar-Apr; 28 (2): 178-89. https://doi.org/10.1177/12034754241229365.
9. Ivanic MG, Oulee A, Norden A et al. Neurogenic Rosacea Treatment: A Literature Review. J Drugs Dermatol. 2023 Jun 1; 22 (6): 566-75. https://doi.org/10.36849/JDD.7181.
